Формирование японского литературного канона

Формирование японского литературного канонаРаспространённым является представление об «ученическом» характере как ранних Канси, так и самой антологии. На наш взгляд, дело обстоит несколько иначе. Не отрицая той роли, которую играла китайская культура и китайская изящная словесность в формировании японского литературного канона, нам видится значимым не только и не столько вопрос ученичества и подражания, сколько вопрос выбора образца для подражания и проблема вариативности в пределах канона, т. е. «доместикация» культурных форм. Использование заимствованной поэтической формы и средств другого языка не отменяет возможности применения их в решении собственно японских задач того времени, связанных как с литературным творчеством, так и с государством. Обратимся к предисловию антологии. В нём составитель не только представляет своё видение истории письменности и развития поэзии в Японии, но также даёт оценку всему историческому процессу, характеризуя как положительные те периоды, когда стихосложению уделялось наибольшее внимание. Обращаясь к анализу предисловия и сравнивая его с текстом«Вэнь сюань» , исследователи отмечают, что, несмотря на очевидное сходство двух текстов, в «Кайфусо» содержатся высказывания, параллелей которым нет в китайском источнике. Рассуждая о причинах отступления японского текста от китайского прототипа, учёный Хуан Шаогуан выдвигает гипотезу, согласно которой японский составитель мог опираться также на современные ему танские источники, влияние которых на «Кайфусо» практически не исследовалось. Возможно также, что японские реалии просто не находили параллелей в истории Китая. На развитие японской письменной культуры огромное влияние оказал буддизм, не игравший такой роли в Китае. В предисловии к «Кайфусо» упоминаются корейские монахи Аджикки, Вани и Сини, однако распространяют они не буддийское вероучение, но конфуцианскую образованность: «Сини распространил учёность в Осада, благодаря чему ветер Чжу и Сы вскоре пронёсся по миру, а люди устремились к учению Ци и Лу». Неоднозначная оценка даётся деятельности Сётоку-тайси, при котором «были установлены титулы и определены ранги, и положено было начало ритуалам и церемониям. Но почитал лишь учение Шакья, и недосуг ему было сочинять стихи». На первый взгляд, автор даёт негативную оценку буддизму и превозносит конфуцианство, однако это положение требует существенных уточнений. Во-первых, необходимо выяснить, актуальным ли для эпохи Нара было противопоставление конфуцианства и буд дизма, или же, наоборот, эти учения воспринимались как составные части китайской образованности.

Похожие записи

  • 21.11.2014 Название флейты Уточним, что название флейты родилось из сочетания Суйтэки-но кэйко — «упражняться, дуя в флейту», а затем закрепилось за самим инструментом. Война закончилась, но отряд продолжил […]
  • 25.11.2014 Нравственные ориентиры Показательно, что и в «Постороннем», и в «Чужом лице» крайний индивидуализм Внутреннего мира героев оборачивается актом насилия во Внешней, реальной жизни. При этом Камю вовсе не обвиняет […]
  • 26.11.2014 Придворные банкеты Состав хэйанского придворного оркестра — это инструменты китайских оркестров придворных банкетов и торжеств, хотя японская придворная музыка и получила название Гагаку, что по-китайски […]
  • 22.11.2014 Индийские патриархи Работа И Сина над календарем стала одной из двух вершин его деятельности. В девятом году с девизом правления Кайюань по императорскому повелению И Син приступил к работе — и через шесть […]
Интересные записи

Copyright © 2014. All Rights Reserved.